• Регистрация
ПОТЕРЯННЫЙ СВЕТ (Очерк из 10 глав) - Глава 10 PDF Печать E-mail
Оглавление
ПОТЕРЯННЫЙ СВЕТ (Очерк из 10 глав)
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Все страницы

Глава 10.

 

Марина Хилькевич - Чикатило в юбке. Насиловать она не может - нечем, убивать - не убивает ритуально, но Хилькевич не менее гнусно насилует и не менее гнусно убивает молодые души и молодые судьбы. Она влезла, вползла в наш русский обычай любви и семьи, в наш русский уклад таинственности, застенчивости, сказочности, она, учредительница и проповедница измены, разврата, сексуальной погани и оскотения, достойна русского национального суда над ней.

Приглашает юных:

1. Не стремиться к любви и свадьбе, а пробоваться и пробоваться, пять, шесть, семь, восемь ли заменить партнеров, ну а семья - сложится, с кем-нибудь, пробуйся!..

2.    Анальный секс - безвредный секс, где попало, как попало, когда попало: ни возраста, ни стыда, ни чувства Хилькевич не берет в счет. Она, вероятно, выросла в широких штанах у Чикатило, сексуально возбужденная и часто за уши трепанная, не понимает ни нежности любви, ни вдохновения любви, ни красоты любви. Сирота половая.

3. Оральный секс Хилькевич рекомендует - со смаком, радостным сопереживанием - воспитана на подобной сладости. Наглая, дерзкая и кусачая: вползает и хоботком впивается, специалист по сексу, нежность и женственность, ласка и красота невесты ей не интересны, она их не испытала ни разу. Били ее, вероятно, за уши дергали при определенных позах разные широкоштанные Чикатилы...

А еще есть среди русского народа – Лахова. Мадам, обделенная половыми удачами. Сохнет по презервативам, настаивает на учебнике для школьников - как эти презервативы надевать. Дескать, выточить деревянные членики и девочки будут напяливать на них маленькие презервативчики, а подрастут - натянут на настоящие...

Вера Засулич, Голда Меир, Герцель, Даллес, Бжезинский, Клинтон и Ельцин, Гитлер и Горбачев, Березовский и Абрамович, Гусинский и Гайдар, Дзержинский и Ягода, Шеварднадзе и Козырев - предательство и геноцид над русским народом и над народами России. Так не ждите, мерзавцы, уважения к себе и покоя в народах!

Еврейки, русские ли журналистки, сексологи "Московского комсомольца", "Комсомольской ли правды", "Независимой ли газеты", - мне все равно: сортирный запах этих лирических повествовательниц слышен даже на Аляске... Кокотки помойные. Русалки презервативного омута...

Я не считаю еврея гномом, утонувшем в пышной бабе, я не считаю русского вампиром, ввинченным в девичий пупок, мы, русские, мы, евреи, дети Адама и Евы, а не побочные выблядки Моники и Клинтона: долой с наших троп, дорог и трасс помойных проституток и спидовых русалок!.. У нас нет тоски по Адольфу Гитлеру. Нет у нас тоски по газовым печам и лагерям колымским, и мы помним: два дурака дерутся, а третий, умник, над ними хохочет и в карман сметку, ими утерянную, кладет.

Галина Бениславская - тень Сергея Есенина, биография Сергея Есенина, судьба Сергея Есенина, тоскуя, плачет:

"26 августа 1924 г. Вот, как верная собака, когда хозяин ушел - положила голову и лежала бы, ждала возвращения.

Крым, Гурзуф. 1924 г."

Нежность какая! Верность какая! Поэтичность какая! Красота какая! Бессмертье какое!.. Разве ощутит подобную молитвенную осиянность и занебесную высоту Лиза, сука моя деревенская, похотливо скулящая в центре улицы? А уж спидовые русалки и помойные проститутки подавно не разгадают солнечно-золотой звон ясности и любви у Есенина:

Хорошо лежать в траве зеленой

И, впиваясь в призрачную гладь,

Чей-то взгляд, ревнивый и влюбленный,

На себе, уставшем, вспоминать.

Коростели свищут... коростели...

Прекратите нас губить водкой, развратом и войнами, у нас ведь земля родная есть, Россия есть: нам ведь детей рожать надо!..

Княгиня Ольга у нас есть. И Евпатий Коловрат у нас есть. Дмитрий Донской у нас есть, и его жена Евдокия у нас есть. У нас даже Александр Матросов и маршал Жуков есть. Даже Зоя Космодемьянская у нас есть!"

Сколько миллионов погублено русских, ты знаешь, брат мой русский, а, знаешь? И никогда не узнаешь: казнители русского народа тебя уберут...

Ее вели по снегу белому, морозному... Босая и раздетая, измученная допросами и побоями, ликованиями и насилиями палачей, она твердо, не ежась и не покачиваясь, встала под виселицей. О, эти завьюженные дали русские, эти холмики и взгорья, припорошенные звенящими слезами невест и жен русских, матерей седых наших, за спиною - Москва, а впереди - смерть! Зоя. Вчерашняя ученица. Большеглазая. Добрая. Чуть нервная и остро предчувствующая скорую войну. Подруги, одноклассницы, слышали ее волю и перешептывались, уважая: "Зоя Космодемьянская!”....

Не надо перелистывать страницы ее трагической и гордой биографии: я раз перелистал и до конца дней моих не забуду - хрипливоодутловатые и самодовольные кабаны сладко потягивались над нею... сменяли друг друга на ложе... Я не знаю - как билось и кричало ее сердце!.. А они, победители юной сестренки нашей, мамы будущей, рожденной ласкать детей и встречать на пороге мужа, они, рыжие и плохо пробритые, они, наглые и кровавые, распинали и распинали ее, и вот - на виселицу, на Голгофу повели!.. Не поцелованная любимым. Не родившая от любимого. Красивая, бессмертная и вечно любимая Зоя широкоглазая, Зоя Святоликая, Святая Зоя Космодемьянская! Русская и крещеная! Наша! Канонизируем ее.

Ярославна плакала, ожидая князя, на стене каменной древнего Путивля. Авдотья Рязаночка брата русского защищать от ордынцев кинулась. А Зоя за вещий свет русский во тьму шагнула кромешную! Но разве ей не хотелось жить? Разве немецкие плохо пробритые бульдоги не устрашали ее? За народ и Отечество, за достоинство и свободу во тьму, в погибель шагнула она, и теперь - Светом Иисуса Христа Осиянная, Зоя Святоликая, - молитва наша, надежда наша и песня горькая наша!..

Слава защитников Отечества неприкосновенна. Пусть онемеет язык у Хама, посягнувшего на великую печаль обелисков и небесную мудрость креста, - вознесенного в тысячелетиях над нами.

Зоя Космодемьянская. Русская Зоя. Бессмертная Зоя.

 

Святоликая Зоя

 

А ведь казнили Зою на снегу –

Палач всегда в усердиях торопится, -

И на далеком волжском берегу

Предупредила русских Богородица:

"Свинцом и кровью затыкают рот

Прямого сострадальца и воителя,

Ты, русский созидающий народ,

Твори судьбу народа-победителя!”...

Качалась Зоя мертвая в петле,

Не предана друзьями и подругами,

А по славянской взорванной земле

Беда катилась, причитая вьюгами.

И не могу я замолчать о том,

Иных стихий переживя безмерности,

Сегодня входит Зоя в каждый дом

Спасением неистребимой верности

И говорит: "Солдаты за Москвой

Лежат…

И Кремль спеленут оккупантами,

А те, о ком соскучился конвой,

Поигрывают в спальнях бриллиантами!"

И говорит: "Пора нам понимать -

Утрата подвигами восполняется

И потому аж до Берлина мать

К могилам братским в полночи склоняется."

И говорит: "Вот я иду, иду,

Ни разу не целована любимая,

А где меня казнили - не найду,

Кругом тоска и боль неутолимая!”...

Вам, хапающим реки и леса,

И серебро ворующим, и золото,

Не опровергнуть Зоины глаза,

Смотрящие презрительно и молодо.

Вас даже горный праздничный Давос

Не прополощет в бане древнегреческой,

Обыкновенный рыночный навоз,

Под именем элиты человеческой.

Мы, русские, герои многих драм,

Атак непредугаданных вершители,

Воздвигнем Зои Святоликой Храм,

И пусть ее страшатся разрушители.

И пусть взлетит с холма суровый крест

Над виллами банкирства и купечества,

Пусть встанет храм несбывшихся надежд

И нерожденных сыновей Отечества.

Пусть он звонит, в седых полях скорбя,

В колокола,

зовет весну зеленую,

Где каждый русский вспомнит про себя

И защитит - Россию оскорбленную!

 

1988 - 1999 - 2000

 


* Якобы так.



 
Copyright © 2020. Валентин Васильевич СОРОКИН. Все права защищены. При перепечатке материалов ссылка на сайт www.vsorokin.ru обязательна.